В 1950-е годы у населения Монреаля существенно повысился интерес к местной политике. Несмотря на господствовавшие в ту эпоху консервативные настроения, когда доминировал премьер-министр Квебека Морис Дюплесси, несколько признаков предвещали определенные трансформации, которые должны были произойти в следующем десятилетии. В 1949 году, двадцать восемь лет спустя после создания Исполнительного комитета в Монреале, мэр, наконец, получил право участвовать в его заседаниях. Этот шаг заложил базу для формирования городских политических партий.
Все это в свою очередь привело к тому, что на муниципальную администрацию направили свои придирчивые взгляды местные журналисты. Так появилась серия репортажей, опубликованных ежедневной газетой Le Devoir, которые позже собрали в брошюру под названием “Монреаль под господством преступного мира”. В ней адвокат Пакс Планте раскритиковал работу полицейской службы. Он привел несколько примеров того, как полиция принимала участие в коррупционных и ряде незаконных действий. Детальнее читайте на montrealyes.com.
Начало расследования
Эти новости возымели эффект разорвавшейся бомбы. Несколько местных организаций призвали к тщательной проверке соответствующей службы. В итоге представители тридцати пяти монреальских ассоциаций, представлявших деловой, профессиональный и профсоюзный мир, учредили Комитет общественной морали, который не просил, а требовал официального расследования действий полиции. О масштабе дела говорит объем официального запроса, он был сделан на 1955 страницах.
11 сентября 1950 года следственная комиссия под председательством судьи Франсуа Керона открыла свои слушания. Расследование рассмотрело поведение полицейских в течение последнего десятилетия. Кроме того, оно касалось нескольких членов Исполнительного комитета. Отчет Керона, обнародованный 8 октября 1954 года, содержал около пяти тысяч обвинений, в которых, главным образом, фигурировало около шестидесяти полицейских.
Из-за своего масштаба, продолжительности, общественного интереса, который оно вызвало, и вызванных политических потрясений, связанных с этим делом, расследование Керона попало на первые полосы газет с громкими заголовками.
Судебное слушание дела
Следует отметить, что судебное расследование, начавшееся в начале сентября 1950 года под председательством судьи Высшего суда Квебека Франсуа Керона, не было первым, рассматривавшим вопрос неоднозначного отношения полиции к проституции и азартным играм в Монреале. В XX веке жители Монреаля уже были свидетелями таких расследований – Кэннона в 1909 году, Кодерра в 1924 году и еще раз Кэннона в 1944 году.
Но сейчас масштаб дела был беспрецедентным. С сентября 1950 года по апрель 1953, из-за многочисленных перерывов, суд рассмотрел дела 63 обвиняемых. В ходе судебных внедрений была привлечена многочисленная армия адвокатов, 373 свидетеля, состоялось 325 заседаний. Общая стоимость судебного процесса оценена в 500 тыс. долларов США, а это была весьма значительная сумма в то время, которая значительно превысила стоимость любого подобного судебного дела, рассмотренного до этого.
Слушания проходили в 24-й комнате старого здания суда на улице Нотр-Дам. При этом расследование очень быстро получило невероятную огласку, превратившись в грандиозное публичное зрелище, буквально захватившее монреальцев. Те, кто был лаком к сенсациям, лично посещал заседание суда, но, в общем, люди следили за этим делом преимущественно благодаря газетам, которые освещали каждую сессию в мельчайших подробностях.
А газета Le Devoir, одна из первых призывавшая к расследованию, сделала эти судебные заседания своей основной темой. Расследовать дело взялись адвокаты заявителей, Пакс Планте и Жан Драпо. По мере того как подсудимые и свидетели — полицейские, проститутки, владельцы борделей, работники или руководители игровых и букмекерских контор, преступники и политики — давали показания по делу, разоблачения множились, как грибы после дождя, вынося на поверхность пикантные детали.
Изо дня в день разворачивалась юридическая сага, достойная триллера или детективного фильма. Очарованные жители полностью погружались в ночную жизнь Монреаля, и с изумлением «рассматривали» его настоящее лицо среди бела дня. Чем дальше продвигалось расследование, тем более очевидным становилась лицемерность и двуликость власти.
Но без такого общественного интереса расследование, вероятно, не смогло бы быть завершено. Ведь постоянно слышались угрозы судебных исков и разговоры о нехватке средств, поскольку негативно относившийся к расследованию премьер-министр Дюплесси считал, что правительство Квебека не обязано покрывать эти расходы.
Доходило до абсурда. К примеру, в какой-то момент стенографистки объявили забастовку, требуя выплатить им гонорары. Комитет общественной морали и газета Le Devoir обнародовали их требования и обратились к общественности с просьбой поддержать финансирование расследования с помощью небольших пожертвований. В этом смысле, как утверждают небезразличные люди, расследование является демократическим проявлением, уравновешивающим сопротивление и злую волю, как муниципальной, так и провинциальной власти.
Судебнй приговор
В итоге из 63 обвиняемых 58 были полицейскими. Более того, среди них оказываются два директора служб, которые руководили, как раз в период, охваченный расследованием, то есть с 1940 по 1950 год. Речь о Фернане Дюфрене и Альбере Ланглуа. Однако по мнению публики, которая следила за этим делом, не сотрудники полиции были главными виновниками, они, считали массы, являлись лишь инструментами в руках политиков.
Именно политики установили связь с преступным миром. Тот факт, что последние пять обвиняемых были членами Исполнительного комитета Монреаля, включая Жозефа-Омера Асселина, непрерывно возглавлявшего этот комитет, начиная с 1940 года. Однако, к сожалению, у расследователей не было другого выбора, кроме «повесить всех собак» на полицию, поскольку закон того времени требовал конкретных обвинений для обоснования проведения расследования.
В итоге расследование дела Керона, хоть и не без труда, продемонстрировало существование широкомасштабного толерования полицией проституции и азартных игр в течение 1940-х годов. Вердикт судьи Керона был строг, но справедлив и взвешен — около двадцати полицейских, включая двух директоров отделов, получивших осуждение, были оштрафованы и признаны непригодными для того, чтобы в дальнейшем занимать муниципальные должности.
Кроме того, суд вынес решение в пользу Пакса Планте по поводу его несправедливого увольнения из полиции, но на работе его не возобновил. Судья Керон также воздержался от осуждения политиков. Вероятно, это было связано именно с отсутствием достаточных доказательств. Однако в судебном решении в негативном свете были упомянуты несколько членов Исполнительного комитета, что свидетельствовало об их недобросовестности и не правдивости их показаний.
Наказание для политиков
Но такое решение суда отнюдь не означало, что политикам все сошло с рук. Судья Керон решил подождать подходящего момента для вынесения решения, и сделал это через полтора года после окончания слушаний и менее чем за три недели до муниципальных выборов в октябре 1954 года.
Монреальские газеты, в частности Le Devoir, воспользовались этой возможностью, чтобы поощрить электорат не избирать к власти членов тех политических партий, которые были подозреваемы в коррупции. Граждан побудили провести масштабную «уборку» среди представителей местных властей. Их призывали выбирать «новых» людей в мэрию, чтобы возродить доброе имя Монреаля.
Источники:
- https://ici.radio-canada.ca/ohdio/premiere/emissions/aujourd-hui-l-histoire/segments/rattrapage/503931/commission-caron-vice-albert-langlois
- http://www2.ville.montreal.qc.ca/archives/democratie/democratie_fr/expo/crises-reformes/pegre/index.shtm
- https://ville.montreal.qc.ca/memoiresdesmontrealais/lenquete-caron